БЕЗ БОЛЬШОГО ВЗРЫВА

Фантастический детектив

 

 

 

 

 

ГЛАВЫ КНИГИ: Фантастический детектив Фантастический Детектив

Часть I. Энцелад и соседи / Глава 8. Станция и много ответов.

Слежка.

Штраус сидел на подоконнике первого этажа офиса Агасфера недалеко от сгоревшего склада и расстраивался, собираясь начать слежку. Управлять тремя телами одновременно было и так непросто, а тут еще и Бастет влезла с утра в сознание и пыталась давить своей картиной восприятия происходящего и возможными направлениями развития веток событий. Штраус эту картину не разделял. Во первых зачем настаивать на признании доминатной роли кошек по всем направления да и еще сообщать об этом человеку явно не готовому к такой картине мира - это какой-то бред собачий. Мало того что объективно это вранье, так еще и сопротивляемость людей гармоничному развитию мира только возрастет. Единственное, что успокаивало - у Бастет нет ни малейшего шанса сделать такие взгляды распространенными. Пока мы для них просто забавные зверушки делать можно намного больше и получать себе больше и вреда всему окружающему, включая людей, меньше. Штраус пытался игнорировать настойчивые волны Бастет, лившиеся почти непрерывным потоком шести чувств. Активно сопротивляться было практически бесполезно, это вызывало всегда только ответную эскалацию конфликта, она потом сама успокоится и поймет, что это явный перебор. Постепенно ее сознание, вначале похожее на пулемет на фоне шторма, перешло в штиль, потом удалилось, и вовсе исчезло. Бастет услышала что никто реагировать не собирается и просто забила на свою попытку. Ну славатебегосп, можно сконцентрироваться на своих планах.

Штраус уравновесил наконец управление всеми тремя ярко рыжими хвостатыми
Штраус уравновесил наконец управление всеми тремя ярко рыжими хвостатыми...

Штраус уравновесил наконец управление всеми тремя ярко рыжими хвостатыми - теперь нужно развести их как можно дальше друг от друга чтобы три кота, двигающиеся синхронно, не привлекали внимания окружающих. Асинхронное движение трех своих тел освоить ему так и не удалось - может есть такие гении где нибудь, он о них не слышал. Это вам не двигать правой рукой по кругу в одну сторону, а левой ногой в другую. Конечно вестибулярный аппарат на порядок превосходит человеческий, но есть пределы. Кот любил балансировать на пределе возможностей восприятия и управления телом, если это не было особенно опасно. Конечно одно дело устройство удаленных конференций с Бастет и Трансельбергом одновременно - чистое, легкое, ненавязчивое сознание невазийца всегда можно было отличить от яркого мнококрасочного эйфоричного напора кошки. Их мысли и планы не перемешивались и всегда понятно кто что хочет донести. А вот если лезть сразу на несколько зданий и одновременно слушать, что говорят в коридоре и на улице, да еще в голове каждого сотрудника Агасфера стоит такой ор мыслей чувств и неисполненных желаний, то можно потом ваще ментальных костей не собрать. Правда Штраус, как всякий кот с хорошим чувством самосохранения и цинизма в таких случаях быстро отрубался от источника душевных метаний и бесконечных хождений по кругу. Но и толку от такой разведки тоже конечно было немного. Хотя конечно любопытно. Кошки наблюдают за людьми несколько тысяч лет и вихрь сознания человека не перестает их занимать.

Стоя изнутри возле края купола кот видел как по пожарищу между машинами сновали люди в скафандровой униформе с кучей разнообразных приспособлений для уборки остатков бардака. Звуков здесь конечно было неслышно, но по волнам и жестам он слышал, что одни смеялись, вспоминая вчерашние похождения в баре, другие бурно обсуждали что и как лучше сделать для организации работы по очистке территории, третьи действительно что-то делали или по крайней мере так казалось. Вокруг трех практически одинаковых рыжих тел Штрауса, запасливо созданных котом заранее и хранящихся в анабиозе в одном из толстых псевдодеревьев в небольшой лаборатории, устроенной для него Тифоном никого не было. Недалеко от Штрауса за деревьями у купола изнутри суетились какие то люди, вероятно сотрудники Агасфера. Они судя по местами нецензурным воплям получали от бродящих по складу файлы с обработанными первично пробами, тут же обрабатывали вторично, бурно жестикулируя выясняли по спектру излучения характер повреждений и строили одну гипотезу за другой, фонтанируя идеями и объяснениями происходящего.

Теперь можно было начинать расхождение - в такой суете никто не заметит. Одно свое тело Штраус отправил в офисную котокафешку - там всегда можно было собирать поверхностые мнения, летающие по всему офисному зданию со скоростью блогомысли. Они конечно реальную картину происходящего отражали мало, зато показывали настроения, и в сочетании с тем, что говорящие при этом думали, а потом делали можно было почувствовать во что выльется вектор ближайших событий будущего. Зал был почти пустым, только кошки, развалившиеся на любезно предоставленных для них подушках и в корзинах и несколько мелких начальников, сбежавших со своих рабочих мест в первые же секунды обеденного перерыва.

– Нет, какой красавец, а, – с умилением щебетала бухгалтер производственного отдела возле толстого британца, думая при этом, что вот можно же лопать ему сколько хочешь и никакой борьбы за фигуру. Но он, конечно, ей на самом деле нравился. Кот ее восторгов разделять явно не собирался. Он в этом кафе работал услаждающим взоры и генерирующим комфортабильное биополе существом за нехилую компенсацию морального ущерба в виде усиленного питания и был сыт всеобщим восхищением по горло. – А вы слышали, – нимало не обескураженная равнодушием британца продолжала девушка, обращаясь к своей компании. – по спектрометру там вообще ничего не было. И что я тут тогда считаю каждый день на самом деле?

Штраус подумал, что много он сегодня здесь не узнает
Штраус подумал, что много он сегодня здесь не узнает
Штраус подумал, что много он сегодня здесь не узнает...

– Дык конечно все вначале вывезли, – важно, с сознанием собственной значимости официально заявил инженер отдела планирования, осторожно рассекая вилочкой куриную котлетку, уютно примостившуюся в окружении пюре, сделанного из картофеля, собранного в его собственном офисе по методу Гюлиха. Тот советует разделить участок на квадраты размерами 1х1 метр, в здешней тесноте обошлись полуметром, обеспечив светом, водой и прочим питанием настолько, что то один куст давал около 16 килограммов клубней. Таких кустов в кабинете инженера поместилось 12 в три вертикальных ряда на одной из стен под фитолампами, а посажены они были в разное время и урожай каждого шел через примерно равные промежутки. Созревание каждого куста занимало три месяца итого 16*12*4урожая =768 кг в год с одного кабинетика. Инженер иногда баловал этим патриархальным явством себя и колег, в ответной любезности трудолюбиво выращивающих в качестве цветочков у себя в кабинетах морковку и помидоры. Бартерные помидорки в салате радостно рдели тут же в соседней тарелке слева от котлетки. Лампы дневного света, как и все на станции использовались в максимально возможном количестве процессов. Зелень усеивала стены от пола до потолка практически всех освещаемых помещений, начиная от кабинетов и заканчивая ванными комнатами давая дополнительные питание и кислород. Каждый квадратный сантиметр был функционален до полного умопомрачения. Плюс такая маленькая личная дача ежедневно давала каждому соприкасаться с природой родной планеты и нахождение в естественной среде обитания было комфортным и снижало уровень конфликтности. Некоторые любители разнообразия имели в личном садике до 20-ти разных видов растений, в том числе лекарственных трав.

– Вывезли, – ядовито усомнилась заместитель начальника лаборатории альтернативного генного сплайсинга, – Если там было, что вывозить...

– Да оборудование, например, – хорошо поставленным офисным баритоном возразил инженер. Тут картошка как раз пропутешествовала прямиком к вкусовым рецепторам и он, прожевав, миролюбиво добавил, – Ну что-то же там было.

Штраус подумал, что много он сегодня здесь не узнает, по крайне мере в ближайшие полчаса, пока не соберется основная масса фанатов общественного питания. Просканировав по мере продвижения к котокафешке офисы из коридоров по дороге он уже слышал, что сотрудники Агасфера не только ничего не знают, но их даже не особенно волнует происходящее, а если и волнует то только в рамках изменения выплат. В общем ловить тут явно было нечего. Штраус залез в один из домиков свернулся калачиком поудобнее и исчез сознанием из этого тела. Некоторые коты посмотрели осуждающе на подобное разбазаривание ресурсов камер трансформации, но ничего говорить не стали.

 

Очень много ответов от которых вопросов становится только больше.

Конечно Лиза была свободна

Второе свое тело запасливый кот отправил, разумеется, к той части купола откуда открывался вид на сгоревший склад и где его ждали Тифон с Трансельбергом. Сарайку из морозостойкого металла никто не распылял на атомы. Это он, конечно, просто преувеличил, чтобы шефу стало интересней. Потерпев фиаско со сбором инфы в офисах Штраус решил, что видимо все таки стоит пообщаться с полицейскими. Или хотя бы с одной из них. У него на примете как раз была старая знакомая, от которой можно ожидать не только помощи, но и элементарной человеческой порядочности и ума. В конце концов профессионал здесь не помешает. Штраус полез в свой коммуникатор.

Конечно Лиза была свободна, конечно ей скучно и, разумеется идея совещания с драконом и невазийцем была отличной идеей.

Highslide JS

– Отсюда как раз хорошо видно. – Трансельберг обвел взглядом территорию за куполом. Они устроились возле его края, самого близкого к территории склада и взлетного модуля. До купола шла полоса собранного на скорую руку трехмерного муляжа осеннего леса, где настоящие деревья выросшие на станции мирно соседствовали с искуственными вставками, какими то булыжниками явно из пластика и прочими дизайнерскими галюцинациями. Возле купола лес резко обрывался и за ним с высоты основания станции был очень ясный вид панорамы большого куска Энцелада - великолепной ледяной равнины, космопорта, остатки здания склада и соединяющие их дороги. В этой точке свет многократно отраженных лучей как раз не резал глаза и освещение за пределами купола было больше чем внутри. Лиза, как человек пока не вписавшийся в незнакомую компанию, да еще и таких диковатых на вид собеседников после официального представления отошла в сторону и смотрела за купол, слушая как булькает от избытка информации Трансельберг. По крайней мере из вежливости по отношению к малознакомой молодой леди все говорили вслух по человечески, не пытаясь влезть в мозг и послать образы. И на том спасибо. Место преступления было как на ладони у любого, кто подошел бы близко к прозрачной стене. – Нужно выйти со станции не привлекая к себе особого внимания, каким то макаром естественно двигаться по дороге на виду у всех, кто случайно стоит у купола любуется видом. До склада всего 200 метров, народ, когда нет гейзеров, иногда ходит просто в скафандрах без машин. Это особенного внимания не привлекает. Но на склад его должна пропустить охрана. Думаю всем понятно, что это во первых человек, во вторых скорее всего или сотрудник Агасфера или косящий под его временного работника. Он должен был еще с Земли опять же неясным макаром пройти портал и портал его должен пропустить не увидев в нем грядущей катастрофы. То есть мысль о пожаре должна была у него зародится здесь. Когда исполнитель проходил портал он еще не думал о поджоге. Мог просто получить тут внезапно приказ, который не смог игнорировать.

– Приказ в письменном электронном виде мог получить сотрудник исследовательских лабораторий или сотрудник Агасфера – с облегчением продолжил Тифон видя, что наконец народ проснулся и начал работать. – То есть инициатор поджога кто-то из руководства Агасфера или научной части экспедиции. Может мелкого руководства. Еще можно заставить с помощью шантажа - почти у всех тут или дома есть семьи. Ну или тайны.

– Теперь представим кто это. Камеры трансформации здесь. – Трансельберг отклонился от развернувшего трехмерку станции кота и принялся указкой тыкать в ее оранжевые квадратики. – Что бы на складе не стащили, я думаю, наших можно исключить. Не считая моего ура патриотизма и широко известной всем неспособности невазийцев врать, воровать, не считая отвращения к разрушениям есть еще несколько факторов невозможности события. Наш верхний аквариум и две камеры трансформации у всех на виду. Если кто-то и сделал как я, то есть с помощью одной камеры создал во второй тело, способное двигаться по поверхности станции то ему еще нужно напялить на себя ваш скафандр, и это увидели бы все, кто находится по куполом. И так как мы этой камерой пользуемся раз в хрен знает сколько лет, то это событие обязательно заметили бы программы отсматривающие камеры слежения и занесли бы в папку нестандартных событий.

– Вот можно уточнить. Конечно чисто гипотетически, я тож думаю, что водные обитатели не станут развлекаться пожарами. – Штраус изобразил на физиономии легкую улыбку Чеширского кота . – Допустим, кто-то создал совершенно человеческое тело. К вам же заходят люди в барокамеру аквариума, чтобы спуститься вниз. Так как там народ переодевается и бродит нагишом, то она конечно непрозрачная. Чтобы народ не развлекался и в сеть все это не выкладывал, записи из самой барокамеры просматриваются только машинами. К людям отправляются в исключительных случаях.

– Штраус не смеши народ. Машина-то как раз фиксирует активность камеры трансформации. Там же общий лимит для всех станций Энцелада по массе превращаемого вещества в сутки. Не санкционированное создание тела это и есть исключительный случай. Напоминаю если кто забыл, что мы тут поэтому таскались и таскаемся с беспилотниками через космос, чтобы привезти, все что можно переправить. – Тифон от возмущения начал непрерывно менять цвет в порядке спектра радуги. – Ты четто друг вообще озверел.

– Хорошо, хорошо вы главно не волнуйтесь. – Штраус продолжал паясничать . – Конечно, я может перегрелся от управления тремя телами и плохо соображаю. Но все-таки... Вот можно я все таки спрошу у Трансельберга, только не надо на меня набрасываться. Я вообще давно хотел спросить и все время забываю. Когда было это эпическое создание нескольких сотен копий машин людей, которое так сильно поразило сознание землян. Вы разве не через камеру трансформации все провернули. Вы то знаете как ей управлять. Практически местные жители. Ну то есть мы вам верим конечно, что вы тут все случайно застряли, и ваша планета погибла. Но некоторые говорят, что какие-то невазийцы слишком жизнерадостные для постапокалипсиса. Напоминаю, что меня не надо набрасываться - я просто спросил. Для чистоты восприятия ситуации.

Трансельберг посмотрел на кота так, что тому сразу захотелось посетить наскоро одно из двух других своих тел...

– Ну да, мы жизнерадостные. – Трансельберг посмотрел на кота так, что тому сразу захотелось посетить наскоро одно из двух других своих тел, которые мирно посапывали в точках наблюдения в кафешке и коридоре недалеко от кабинета директора. – Кто не был жизнерадостным, те тогда просто сложили щупальца и отправили себя в камеру переработки для создания водорослей и планктона. Чтобы остальные могли выжить. Тут как ты помнишь суточный лимит создания чего угодно из чего попало. И никого тогда, пятьсот лет назад на станции не было, кроме тех невазийцев, которые успели перебраться. И наша планета настолько далеко, что внешний корабль невозможен. И того, что мы успели переправить из жизнеобеспечения не хватало - мы рассчитали. У всех было время чтобы подумать, до того момента когда запасы стали заканчиваться. В общем треть наших тогда принесла себя в жертву. Потом мы как-то наладили цикл. Мы не знаем даже погибла ли планета или там просто камера портала уничтожена каким-то природным катаклизмом. Просто связь оборвалась и все - мы тут просто строим гипотезы. Мы переправлялись сюда так как были расчеты, что Невазия может вскоре погибнуть. Могу прочитать отдельную лекцию на пару часов почему и как. Но все это было не точно и эта экспедиция была одной из множества попыток найти запасной аэродром для переселения. И мы надеемся что Невазия жива, не смотря на то, что прошло несколько сотен лет. У нас не в обычае так просто бросить своих - значит действительно что-то случилось и невозможно пока ничего сделать. На каждой планете с которой есть связь через портал, насколько нам известно, есть несколько камер. Может когда нибудь наши найдут вторую невазийскую. Это и есть источник нашей надежды. Мы такие позитивные, просто ужас.

– Извини, Трансельберг. – Штраус больше не паясничал. – Я не знал. Я четто не допер раньше спросить.

– Да ладно, расслабься, это давно было. И мы не делали копии ваших подводников с помощью камер транформации. Мы все таки не с нуля тут начинали развитие цивилизациии, многое умеем, просто технические игрушки нам практически не нужны и не интересны - их в основном только для развлечения делают те, у кого такое хобби и конечно ваши подводные машинки тут легко настрогали. Обычно все дома у нас делается с помощью управления функциями тела, плюс в океане здесь около сотни наших разумных видов живут в разных конфигурацциях периодического симбиоза. Может это отдаленно похоже на ваших пчел и муравьев, только нет иерархических каст и постоянных груп. Разное количество видов может соединяться в разнообразных сочетаниях. Это несколько миллионов разных возможных временных симбионтных групп. Мы довольно старая цивилизация и сюда отправились не самые тупые ее представители. Наверное даже помочь вам хотели, все кто у нас увлекается такими вещами повернуты на своем занятии - они подумали, что вы сможете на них тут в океане проводить свои исследования.

И чтобы отсечь новые вопросы добавлю, что чисто человеческое тело через камеру я например сделать не могу - эти части, что у меня так остались от родного тела и так коробят Алису и несут те функции которые позволяют мне совершать общение с сородичами, управлять камерой при создании нового тела - его иногда обновлять приходится - раз в несколько лет. Человеческая его часть просто муляж, для легкости интеграции в среду землян, не несет никакой функциональной нагрузки. И к слову сказать она из той же субстанции, то есть под костюмом у меня тело на человеческое похоже только внешними контурами, если хочешь могу показать. В смысле оно прозрачное и биолюминисцентное - то есть когда я переодеваюсь для океана и хождения по офисам и записи просматриваются машинами - это совсем не похоже для этих машин на то, как переодевается человек для спуска в океан. С лицом и кистями рук пришлось повозиться, я подумал это важно для легкости контакта с людьми – они такие впечатлительные.

– Да с ними тяжело. – Тифон вздохнул и покосился на Лизу. – Упертые ужс. Кто не выглядит как им привычно, тот у них по определению монстр. Хорошо еще что у них есть сказки. Про своих я тоже думаю это не они, не смотря на огонь. Если можно потом в офисе всем сразу расскажу почему, чтобы несколько раз не повторяться. Давайте вернемся к станции. Если мы пока не можем сказать кто, подумаем как. Просто пройдемся от места проишествия к разным точкам. Вот склад на територии космопорта. Он между верхним куполом поселка и космопортом. До склада от верхнего купола 200 метров до космопорта 1000. Рассмотрим технические характеристики...

– А вот раз сегодня день открытий я можно уточню, все что раньше не спросил. Я как-то в делах напрямую почти не участвовал. Агентские гонорары не предполагают– Штраусом явно овладело кошачье неудержимое любопытство. – Я конечно трачу ваше время, но это Бастет у нас читает все подряд - я это ненавижу. А если я в этот раз веду слежку я что-то услышу и не пойму контекста.

– Дык пжалста, обращайтесь. – Трансельберг гостеприимно развел руками. – Все что вы могли спросить у поисковика, но поленились рыться в ответах.

– Поисковик мне скажет, что люди думают. – Штраус надзидательно поднял голову и непределенно помахал лапой. – Я хочу знать, что на станции родное, в смысле с времен этих наших любимых пресловутых сверхцивилизации. Я знаю только что корпус всей станции и камеры перехода и трансформации. А что прикрутили невазийцы, что тут смонтировали и притащили люди, что драконы? И может, если все, кто это уже знает, просто сконцентрируют на этом свое внимание, то появится мысль не только как все это проделано но и кто.

– Поддерживаю Штрауса. – заявил Тифон нисколько не уязвленный перебиванием. – Лиза как раз может быть не много знает про историю и структуру станции, она здесь совсем недавно, и, узнав, лучше сможет нам дать свой профессиональный совет. – дракон внимательно посмотрел на девушку, обеспокоенный ее длительным молчанием, но она дружелюбно и спокойно кивнула и он даже подумал, что, возможно, стоило прийти на совет в человеческом облике для создания более дружественной атмосферы. Но на Энцеладе это превращение было довольно утомительным в силу местного состава воздуха, исскуственной гравитации и близости целых пяти камер трансформации, – Только технические параметры тоже учитываем сразу. От того что кошки и невазийцы к технике равнодушны ее важность меньшей быть не перестает, особенно если преступники ваших мнений не разделяют.

– Ну я наверное начну как старейший. – Трансельберг радостно ухмыльнулся лицом молодого человека. – Насколько я знаю Штраус прав. На Энцеладе исходными до нашего появления были корпус станции с тремя помещениями длиной и шириной по несколько сотен метров и пять камер транформации, они же кабины транспортировки инопланетных жителей. На карте, напоминаю специально для Штрауса, это такие оранжевые квадратики. Про технические характеристики. – Легкий поклон в сторону дракона. – Мы толком не знаем. Материал станции – купол на поверхности – алмаз, но не совсем, кристаллическая решетка изменена. Мы, невазийцы ее видим, но как они такое создали не понимаем - как вы знаете твердость алмаза велика, но сопротивление давлению и удару так себе, восторга не вызывают. А здесь оно превышает обычный алмаз на несколько порядков. Купол этот преломляет лучи в нескольких направлениях, отражает несколько раз как в системе зеркал и общий световой поток увеличивается за счет этого несколько раз. Мы только за счет него и выжили, насколько я смутно помню. Аквариум наш наверху занимает примерно треть территории. У людей там растения, ферма, то есть источник питания и воздуха. У нас на поверхности аквариума водоросли и все что обеспечивает метаболистический цикл и требует светового потока. Купол отсекает лишнюю радиацию и ультрафиолет, и все что по длинне волны из светового спектра убивает жизнь, то есть исполняет заодно обязанности атмосферы. Мы это сразу расчитали когда появились.

– А тебе сколько лет?– Штраус посмотрел на невазийца с новым интересом. – И че вы в земные океаны не отправились? Т ут же кабина на Землю позволяет, люди просто не умеют это делать, но вам то это легко бы удалось еще тогда.

– Кто много будет знать, тот очень быстро умрет от старости. Шестьсот. Когда мы прилетели я подростком был, это по нашим меркам около сотни. Во первых мы тогда конечно не знали что нас ждет за каждым порталом. Землю попробовали пара видов и довольно скоро вернулись. Земные океаны нам практически не подходят для жизни, их было бы технически очень трудно изменить под наш метаболизм по сочетанию давления, гравитации и инсоляции, температуры и химического состава, не считая того, что этически это неприемлемо – могла погибнуть бы местная мелкая флора и фауна, а может быть и не очень мелкая, у нас много видов с высоким электрическим потенциалом как у ваших медуз типа Куба медузы, она же морская оса или львиной гривы или ската. Мы эту электрику как энергию для разных работ используем, но чаще всего для света, но у вас же все друг друга пытаются съесть, пришлось бы ей стать оружием. Даже если бы взялись за какой-то замкнутый небольшой водоем, была вероятность неконролируемого размножения нашей микробиоты. Мы думали, если столкнутся наши бактерии и местные в таком количестве результат непредстказуем. Мы тогда не знали, что на выходе из портала образуется тело из местной материи. У нас-то драконов не было никто нам ничего не обьяснял. Что с нашими телами произошло на Невазии, информации у нас было практически ноль, она слишком далеко, это был массовый прыжок в полную неизвестность. Во время перехода, конечно, каждый видел, что тело предыдущего теряет сознание и остается там, но, что это значит, и как долго может длится такая ситуация было неясно. Когда тела отправившихся на Землю оставленные здесь потеряли сознание, мы их просто погрузили в искуственную кому, надеясь на лучшее. А когда они вернулись тут уже был полный биокомплект симбионтов от хемо- и фотосинтетиков до сапрофитов.

Вставка. Примерное представление автора о некоторых обитателях Невазии временно разместившихся в океане Энцелада

– Да ладно. – Надулся кот. – Сколько пафоса на один квадратный сантиметр. Тоже мне вселенская тайта бытия. А мне почти пять лет уже. И я этого не скываю между прочим. А почему тут вы не боитесь смешения бактерий и вирусов?

– Про преломление света и вирусную опасность могу добавить. Здесь это контролируется станцией. – Дракон решил загасить конфликт в зародыше. – Все беспилотники - это корабли с билетом в один конец. Находятся только в космопорте при -180. Все материальные обьекты при попадании на станцию проходят тотальную стерилизацию. И наши и с Земли. Обратно они не возвращаются. Все тела создаются здесь и здесь остаются. Мы, например, обратным переходом не пользуемся из соображений как раз вирусной и прочей микробиологической безопасности. К моменту нормального перехода сознания обратно к исходному телу, тело созданное здесь исскуственно отправляется в переработку. В принципе могли бы его сразу пускать на котлетки, но все такие нервные, что имитируют обычное превращение - то есть похороны разложение в земле, извлечение соков растениями. Мы свои сразу употребляем. Ну у нас и дома все проще. Есть даже закон, что тот, кто кого-то убил должен его съесть. Работает гораздо лучше всех ваших тюрем вместе взятых. Массовые войны просто невозможны в принципе. Тому, кто развязал крупный конфликт придется по решению суда съесть всех, кто умер случайно в его результате, а не сидеть в комфортной тюрьме высшего разряда. Каждый задумается.

– Ну вы, блин, даете. – Кот выпучил глаза и без того не маленькие. – А с виду такие спокойные.

– А мы и есть само спокойствие. У нас необходимость просто доминирует.

– Вы же хемосинтетики вроде? – Впервые решила вступить в разговор девушка. До этого ей все было понятно, а идей пока не появилось. Она не любила торопиться с выводами, лучше вначале собрать информацию и немного подумать. К тому же близость к таким удивительным созданиям, которые обычно с людьми контактировали не очень часто и обычно с немногими, выбранными ими по неясным ей признакам было настолько захватывающим, что она просто исчезла, забыв о факте собственного существования и вся превратилась во внимание и слух – И я слышала фотосинтез у вас тоже есть.

– Есть и фотосинтез и хемосинтез и переработка органики разной стадии живости и мертвости. Мы много чего можем переварить,– дракон посмотрел девушке прямо в глаза своими, которые в этот момент стали большими и черными. Ему нравилось пугать незнакомцев. Но Лиза бояться совершенно не собиралась. Я тут вообще последнее время постоянно есть хочу,– добавил он и изобразил урчание желудка, продолжая наблюдать за реакцией. Девушка понимающе дипломатично улыбнулась. Она знала, что желудка у драконов нет. «Никто нас не боится. Ладно»,– подумал Тифон.

– Ты бы еще челюстью пощелкал, чтобы все завыли от ужаса, – проворчал кот.

– Так вот, продолжим про станцию, – Как ни в чем не бывало продолжил дракон, игнорируя замечание Штрауса. – Что еще было создано до невазийцев - Подушки гравитации в трех помещениях - верхнем куполе, ярусе лабораторий, помещении, где сейчас ядерный реактор. К ним потом еще вернемся. Еще добавлю детали про камеры преобразователи, которые создают здесь тела. Они же входы с Невазии, Титана, Земли. Вход для водных форм жизни наверху в бассейне и еще одна камера в Океане. Оба эти портала заблокированы на Невазию, но работают между собой. Два входа с Земли. Работают нормально как входы с Земли и входы между собой внутри станции. Один в верхнем куполе, второй во втором ярусе где офисы и лаборатории. Кошки делают с помошью этих камер вторые тела - подходят к одному у другого на выходе формируют тело. Люди не умеют. Штраус пусть обьяснит почему.

Схема станции с искаженными для наглядности пропорциями
Схема станции с искаженными для наглядности пропорциями

– Дык уметь надо. – Штраус еще раз надулся, теперь от важности. – На самом деле хрен знает. Портал работает от команд направленной концентрированной мысли. У людей вербализация мысли видимо слишком высокая, кто думает словами вообще ничего сделать не может. Портал то и сюда пропускает их одного из нескольких сотен. Как ни странно физиков и математиков часто легко. Поэтов вообще с трудом, графоманов особенно. Дети из этой их пресловутой программы неординарных личностей вообще со свистом и прямо в костюме и иногда с игрушками. Взрослым всем приходится тут одеваться. Ну у детей понятно воображение хорошо развито штампами голова не забита. Лисы вообще кур протащили. Живых, представляете. Думаете откуда здесь ферма?

– Я думала это люди как-то сделали. – Лиза выглядела ошарашено. – Дети, например - им многое удается.

– Хрена с два. – Кот выглядел так будто контрабандный провоз кур лисами его личная заслуга . – А можно еще раз спросить, – повернулся он к Трансельбергу, – про подводные машинки, которые вы для людей настрогали. Я понимаю что я зануда. Но покататься...Они же тут все равно почти непользованные валяются неясно зачем. Они действительно точные копии? Допустим какой-нить любознательный котик хочет исследовать глубины океана на подводной яхте с девушкой.... Точнее я Бастет хочу потащить глянуть на подводный мир пока она не свернула мозги на правах кошек...

– Конечно машинки не были точными копиями - там все материалы другие и принцип действия. Мы их просто сделали того же цвета , мы тогда не знали вдруг это для вас важно, например какая-нибудь сигнальная система, и скопировали внешние формы. Все работает, их протестировали на функциях - внутри никто даже смотреть не стал.

– Мы потребители с большой буквы в седьмом поколении. – Гордо вознес колову кот . – Мы вам тут вникать в устройство и думать не обязаны. Дык покататься можно или что...

– Катайся на здоровье - они переданы станции в общее бесплатное пользование. Отметь тока пропуск возле выхода в океан и гуляй себе. Только первый раз меня позови. Там сейчас настройки на людей, давление и атмосфера вам подходит, но я еще могу адаптировать еще мелочи всякие для кошек. Но можно собственно и так.

– Если вы уже все обсудили про прогулки на яхтах с девушками то теперь что создано и привезено людьми на беспилотниках – Тифон хладнокровно вел твердой рукой разговор по необходимому руслу не безоснования считая, что если этого не сделать все как обычно уедут в соседние ветки ассоциаций. – Лифты на 30 км вниз, ядерный реактор в самом нижнем корпусе, оранжереи на верхнем ярусе, дублирующие оранжереи в офисном ярусе. Конструкции для сбора пучка интенсивного света для оранжереи второго яруса, оборудование для космопорта. Ядерный реактор создан людьми, оборудование привезено с Земли.

– Теперь давайте про космопорт.

ГЛАВА НЕ ДОПИСАНА

к следующей главе: Часть I. Энцелад и соседи / Глава 9. Расизм и другие проблемы кошек.

Наброски и материалы для окончания главы:

Гейзеры -суточная активность привязана к положению Энцелада относительно Сатурна. Защита космопорта, склада и машин курсирующих межу станцией и этими объектами от осколков льда. Разрешение выхода просто в скафандрах в определенное время суток.

Параметры Сатурна - основное освещение Визуальная величина V(1,0) на земле -3,86, на Сатурне -8,88 соотношение освещения на Земле от Солнца и от луны - от Луны меньше в 400тыс раз, соотношение освещения на Сатурне меньше чем на Земле примерно в 100 раз, отражение на Энцеладе от поверхности почти 100% - можно использовать систему солнечных отражателей, передача концентрированного пучка солнечного света по системе зеркал на нижний этаж станции.

сила тяжести 0,01 от Земной, гравитационные подушки дают примерно половину необходимой гравитации, тренинг центы - асаны, сокращения мышц в статическом режиме, тренинги в центрифуге?

 

 

Про океан ДОПИСАТЬ напомнить про суточное расхождение трещин - защита корпуса ссылка на главу 2